Неправильная  - Сандра Бушар

– Чудо. – искреннее соглашаясь, прошептала я, но тут же услышала Моргана:

– Джина, это моя жена – Настя. Прошу, не пугай ее раньше времени своим темпераментом, – взмолился мужчина, а затем, положив руку мне на талию, обвел взглядом остальных. – Муж Джины – Маркус. А детей тебе успела представить и сама мать.

– Очень приятно познакомится, – голубоглазый брюнет лет сорока галантно выхватил мою ручку и поцеловал, глядя только в глаза. Признаться, он был красивым и харизматичным. И что бы там не говорила Джина о нашей с Морганом паре, именно они выглядели как полные противоположности, день и ночь.

– Самое время пройти в дом, сестра. Или ты намерена продержать нас до утра в проходе? – недовольно пробурчал Морган, резко одергивая меня на себя. Конечно, вежливое приветствие от Маркуса затянулось, но жест Пола выглядел более странно.

Уже через пять минут мы сидели за большим столом и ели изумительно запечную красную рыбу с лимоном. Оказывается, готовкой занималась непосредственно Джина, что поразило меня больше всего.

– Это невозможно! – воскликнула я. – Трое детей, да еще и готовка. У тебя совсем нет времени на себя?

Мы не успели пройти коридор, как Джина взяла с меня клятвенное обещание, что я начну называть ее и Маркуса на «ты», и хоть это казалось невежливым в моем понимании, тут же срабатывало выражение «хозяин – барин».

– Не слушай тех, кто говорит, дескать, с детьми ты хоронишь себя и начинаешь новую жизнь, посвященную от «а» до «я» кому-то. Так у тех, кто не может организовать свое время. И не важно, дети у вас, работа, шоппинг или некое хобби. Я успеваю все, и порой мои дети умоляют дать им еще свободы, – они с Маркусом весело расхохотались, а детки за столом активно соглашались с тем, что им на самом деле хотелось бы больше самостоятельности и свободы от преуспевающей матери. Я уже и сама расслабилась в спокойной атмосфере, как вдруг Джина спросила: – Ну, а что вы? Когда планируете детей?

– Дорогая! – покашливая, приостановил ее Маркус. Только вот даже мне уже было понятно, что этот тайфун детской непосредственности останавливать было уже поздно.

– А что тут такого? Обычный вопрос… Честно говоря, обычно скоропостижные браки заключаются по залету. Я только «за», так что скрывать это от семьи не нужно.

– Джина, мать твою! – предостерегающе прорычал Морган, став красным, словно рак. По его лицу пошли темные вены, и разве что пар не шел из ушей. – Еще одно слово и…

– Что тут такого, на самом деле? – не став лгать, в тон Джине ответила я, прерывая Пола. От удивления в его взгляде меня даже немного повело. – Никакого залета. У нас скоропостижный брак ради взаимной выгоды. Детей мы не планируем.

За столом повисла неловкое молчание, и только дети, которые совсем не понимали разговоров взрослых, продолжали активно о чем-то спорить.

– А я-то думаю, почему она не носит кольцо мамы… Вот тебе и ответ! – хлопнул в ладоши, заключила женщина, а затем, посмотрев на меня, начала быстро рассказывать, несмотря на призывы Моргана заткнуться: – У мамы был комплект, который передается по наследству от матери детям: ожерелье с сердцем и кольцо. Подвеску она отдала Полу, а мне кольцо. И вот несколько недель назад Пол приезжает ко мне и просит это кольцо, представляешь? Отличный был способ помириться…

В комнате повисло гробовое молчание, и если первое казалось правильным, то это давило на виски. Я вспомнила, как выкинула ожерелье в унитаз, а кольцо просто отказалась принимать. Но больше всего волновал вопрос: почему после первой совместной ночи Морган подарил мне такую важную для него вещь? Ведь не было в его действиях ни капли нежности, чуткости и внимательности…

– А у меня есть прекрасная идея! – на это раз разрушил гробовое молчание Маркус, весело подмигивая мне. – Что насчет барбекю? В нашем саду есть для этого все условия.

– Прекрасная идея. – подскакивая на месте, воскликнула Джина и тут же, подойдя ко мне, заставила встать на ноги. – Мы с Настей на кухню, а на мужчинах мангал.

Не успела я толком осознать проходящее, как эта фурия уже тащила меня по бесчисленным коридорам вперед. Только вот вместо кухни, мы внезапно оказались в маленьком кабинете, стены которого были увешаны старыми фото, словно в каком-то музее.

– А как же кухня… – немного подустав от неуемного темперамента Джины, примирительно прошептала я. Она лишь многозначительно глянула на меня, а затем, мельком просмотрев часть фото, указала на одно из них своим длинным пальцем. – Смотри! Ты просто обязана это увидеть…

Сделав несколько шагов вперед, я замерла около старой фотографии. На ней была девушка лет двадцати в нежно-голубом платье. Ее невероятно красивое лицо больше напоминало кукольное, а светлые волосы легкое волной ниспадали по пышной груди.

– Куколка, правда? – осторожно поинтересовалась она, и я чисто инстинктивно согласно кивнула. – Это наша с Полом мама в твоем возрасте. И вы чертовски сильно с ней похожи…

Что-то больно кольнуло при этих словах, и я снова посмотрела на женщину на портрете, словно сравнивая с собой. Увы, ничего схожего не нашла. Могу честно сказать – это обрадовало.

– Ты не понимаешь… – словно прочитав мои мысли, прошептала женщина и аккуратно сняла фото со стены. – Это ведь не внешнее сходство, а, скорее, духовное. Вы словно два ангела, спустившихся с небес. Такие чистые, открытые, искренние, полные доверия и сострадания к тем, кто этого не заслуживает… Насколько я знаю Пола, он женоненавистник. Наверное, только настолько сильная противоположность смогла бы приманить его к себе. Я пропиталась к тебе симпатией, стоило только открыть дверь. Думаю, у Пола это тоже было с первого взгляда. Сперва сработала реакция, отработанная годами к родному человеку, и только со временем он узнал, что ты не просто картонка.

– Зачем вы все это мне говорите? – в горле появился громадный ком, а само тело одеревенело.

– Ты же ведь задавалось вопросом: «Почему именно ты?» Потому что у других даже не было шансов. Ты была первой, кем он заинтересовался. Уверена, больше таких не будет, – ее рука упала мне на запястье и нежно погладила. Такой простой жест, но поддержка невероятной силы и влияния…